Секретарь, адвокаты
8 (49640) 4-34-53
Заведующий
8 (49640) 4-08-49

Землевладельцы Егорьевского края В XVI—XX вв

Земли нашего края и его природные богатства издавна привлекали внима­ние великих московских князей, царей, состоятельных людей. Свободных, не­возделанных и незаселенных земель было довольно много. Здесь наблюдалось обилие соснового и елового леса, так нужного для строительства. В северных волостях проходил Ловчий путь, где было много дичи. За многие годы эти края не видели, по существу, ни одного крупного вражеского нашествия. Население края не было так разорено, как на юге и западе от Москвы. Иностранные путешественники XVI—XVII столетий отмечали, что к западу от Москвы мож­но проехать сотню верст и не встретить ни одного селения. В нашем же крае в XVI в. деревни стояли в одной-двух верстах друг от друга. Земля края хотя и не отличалась плодородием, но при уходе и удобрении могла давать достаточ­ный урожай, чтобы крестьянин мог прокормить семью м уплатить полагающи­еся подати в казну и землевладельцу.

В начале XIV столетия по реке Гуслице получила земельные наделы семья боярина Федора Бяконта, в том числе его сын Елевферий. В том же веке здесь оказались земельные наделы семейства Кобылиных-Кошкиных, предков бояр Ро­мановых. В XVIII в. соседняя волость Гуслица попала в руки князя А. Д. Мен- шикова, а после его опалы перешла к С. В. Лопухину. Из рода Романовых Ники­та и его сын Иван владели землями в Мещерской волости, с. Воронцовом с мно­гочисленными деревнями. После Романовых эта вотчина перешла к боярину Ф. Куракину. В XVII столетии эти земли были переданы стольникам Нарыш­киным и князьям Кольцовым-Мосальским, Шереметевы в XVI в. владели д. Ивановской и с. Кочема. Крупные земельные наделы были за старинным дво­рянским родом Беклемишевых, имевших владения в Крутинской волости — с. Юрьево с д. Щигалево, Маловская, Чигарово, Барсуки, Юрцово.

В той же Крутинской волости с XVI столетия были вотчины дворян Бутур­линых, потомок которых, стольник Иван Иванович Леонтьев, основал в с. Гор­ки церковь во имя Преображения Господня. Село впоследствии стало имено­ваться Спас-Леоновщиной. В конце XVIII столетия эта вотчина оказалась у родственницы Леонтьевых Елизаветы Михайловны, по мужу Еропкиной, а в начале XIX в. перешла к князьям Гагариным — сначала к Гавриле Петрови­чу, известному литератору и масону, а после его кончины в 1808 г. его сыну, не менее известному, чем отец, — князю Павлу Гавриловичу Гагарину, генерал-адъютанту у А. В. Суворова и Александра I.

В Мещерской волости большая вотчина с с. Княжевом была у ярославских князей Засекиных, со времен великого князя Василия Темного. После смерти Ивана Засекина вотчина оказалась у его жены Дарьи Петровны Засекиной. Затем эта часть вотчины перешла в Московский Богоявленский монастырь, а другая сохранялась за многочисленными Засекиными вплоть до XIX в.

Крупными владельцами земельных наделов в XVII—XVIII вв. в Мещер­ском крае были князья Мещерские и Черкасские. В XVIII—XIX вв. большие вотчины были у князей Кропоткиных, дворян Вырубовых, князей Оболенских, дворянских родов Ермоловых, Ганнибалов. В числе знатных владельцев были также князья Лобановы-Ростовские. В середине XIX в. за генерал-лейтенантом князем Дмитрием Алексеевичем Лобановым-Ростовским было семь деревень — Коробовская, Дубровка, Семеновская, Тюрвищи и др., а в них 1438 крепостных душ. Владельцем нескольких пустошей был князь Петр Михайлович Голицын и его жена Александра Петровна. За графом Романом Илларионовичем Ворон­цовым (1707—1783) в XVIII в. было пять дач, в том числе часть д. Пожинской. Несколько дач было за графами Алексеем Сергеевичем Шереметевым и Мар­тином Карловичем Скавронским (1716—1779), родственником императрицы Екатерины I, генерал-аншефом, обер-гофмейстером двора. Давние владения были за князьями Юсуповыми, в частности, за княгиней Ириной Михайловной Юсу­повой, урожденной Зиновьевой, — д. Перхурово с 456 крепостными. Затем это имение перешло к ее внуку гофмейстеру князю Борису Николаевичу Юсупову (1794—1849) и сохранилось за ним до самой его кончины в 1849 г. Небольшие имения были у дворян Вердеревских, Фроловых-Багреевых, Тухачевских, Пи­семских, Печериных, Всеволожских, Балакиревых.

Значительные владения оказались у наследников грузинских царей, поки­нувших Грузию в 1724 г. и выехавших в Россию. В конце XVIII в. за полковни­ком Александром Бакаровым в нашем уезде была всего одна земельная дача. Но он женился на княжне Анастасии Григорьевне Оболенской, отец которой, Григорий Петрович, подарил ей по случаю замужества 13 деревень, в том числе с. Середниково с 800 душами крепостных. Анастасия Григорьевна стала имено­ваться царевной грузинской.

В ранний период XV—XVI вв. в Раменской и Мещерской волостях обшир­ные владения давались служилым татарам Бакшеевым, Тенишевым, Бахтеяро-вым, Карамышевым, Норовым, Болтиным, Коробьиным, Урусовым, некоторые из них имели княжеские титулы.

В числе иностранцев, перешедших на службу в Россию в XVIII—XIX вв. и получивших российское подданство, были французы, немцы, выходцы из Лиф-ляндии, Эстляндии. В большинстве своем это были военные, которые проявили себя в разных баталиях, дослуживались до полковничьих или генеральских чи­нов, получали ордена, дворянские звания, выходили в отставку, женились на местных помещицах, селились в имениях, занимаясь садоводством, огородниче­ством, охотой, рыбной ловлей, имея иногда всего по нескольку дворовых и кре­постных людей.

Одним из таких знатных людей был генерал-лейтенант Иван Федорович де Медем, поселившийся в с. Горки. Другой, полковник Александр Егорович де Бриньи, поселился в сельце Малые Починки Раменской волости. В XIX в. он купил у князей Урусовых еще две деревни — Мелентеево и Гулынки.

Из прибалтийских немцев в Егорьевском крае известен Федор Васильевич Брюкендаль, представитель древней германской фамилии. В 1825 г. выйдя в отставку, он женился первым браком на дочери генерал-майора Титова — Прас­ковье Ивановне, отцу которой принадлежало сельцо Лаптеве и д. Бутово, Трои­ца, Зайцево, Кузьмине, Сазонове и Колычеве. После смерти первой жены вто­рым браком он женился на двоюродной сестре прежней жены — Марфе Пет­ровне Титовой. Федор Васильевич умер в 1847 г., оставив двух дочерей. Марфа Петровна Брюкендаль, нуждаясь в деньгах, продала часть своего имения в д. Колычеве монаху Матвею Петрову, который на этой земле основал сначала богадельню, затем женскую общину, а в 1885 г. здесь возник крупный Казан­ский женский монастырь.

Еще при жизни Федора Васильевича в сельцо Лаптево приехал погостить его земляк — немец Фердинанд Адольфович Эман, имевший чин штабс-рот­мистра. Тут он женился на дочери Федора Васильевича Брюкендаля, Авдотье Федоровне, которая была моложе его на 12 лет. В 1858 г. у них родился сын Владимир. Марфа Петровна по такому случаю подарила своей дочери д. Са­зонове с 85 крепостными душами. Владимир Эман окончил Казанский уни­верситет, получил звание лекаря и вернулся в Егорьевский уезд, где работал первое время уездным врачом. В начале XX в. его избрали в дворянскую опе­ку, а в 1912 г. предводителем Егорьевского дворянства. В 1916 г. он уехал в Рязань.

Из других иноземцев заслуживает упоминания прибалтиец барон А. Ф. Ган, владелец селений Антипино, Алешине, где у него был довольно крупный виноку­ренный завод.

В середине XIX в. земельные наделы охотно стали приобретать городские и сельские купцы. В первую очередь приобреталась земля, поросшая лесом. Часть леса шла на дрова, другая — на строительство. Дровяной лес стоил 40— 50 руб. за десятину, строевой 125—130. В начале XX в. крупным владельцем земли, лесов было правление «Товарищества бумагопрядильной фабрики А. и Г. Хлудовых», имевшее 30 тыс. десятин. У купца Н. М. Бардыгина было свыше 3 тыс. десятин, у купцов Любомиловых 700 десятин. Средние и мелкие купцы скупали леса в основном на продажу — Агафон Васильевич Клопов имел 7860 десятин, Петр Григорьевич Брехов 2454 десятины. У Марии Федоровны Лизуновой 2100, у Дмитрия Владимировича и Михаила Дмитриевича Макарь-евых 764 десятины. До 1917 г. владельцами земель оставались и некоторые дворяне — В. Ф. Эман, Н. Д. Змиева и ее дети. Приобретали землю в соб­ственность и многие крестьяне, покупая от одной до 8 десятин, а крестьянин И. Д. Терешкин при д. Подрядниково имел 669 десятин.

Кроме своих купцов леса скупали иногородние купцы, фабриканты — Мор­ковкины из с. Абрамовка, Морозовы из Орехова-Зуева, владельцы производ­ства фарфоровых и фаянсовых изделий из Гжели, Дулева.

С той поры как земля стала высоко цениться — она стала постоянным предметом купли-продажи. Этим правом широко пользовались еще московские князья, начиная с Ивана Калиты. В своем втором завещании от 1339 г. он пи­сал: «…а что есмь купил село Петровское и Олексинское… а половину сменил с митрополитом… то сыну моему Ивану».

В договоре Дмитрия Донского с рязанским великим князем Олегом в 1382 г. сказано: «…а что купля великого князя Мещера, то князю Дмитрию, а князю великому Олгу не вступатися по тот розъезд».

С передачей земли боярам, служилым людям в «отчину» (отсюда вотчина) они имели право ее как свою собственность также продать, передать по наслед­ству, заложить в банк, обменять. Это право имели и помещики с XVIII в., а крестьяне (государственные) — с начала XIX столетия.

Отдельные селения с крестьянами, землею, такие как Лелечи, Починки, Кочема в Егорьевском уезде, разными владельцами перепродавались по не­скольку раз.

После октябрьского переворота 1917 г. крестьянам была обещана земля. На первое время ее частично роздали беднейшим крестьянам, а с коллективизацией в стране ее вновь отобрали и передали колхозам «на вечное» пользование. Фак­тически монополистом земли было государство и коллективные предприятия. Для крестьянина земля стала опять ничейной.